И.Б.Семакова,этномузыколог

Музыкальная культура карелов сформировалась в условиях активных межэтнических контактов племени Корела; в ней отразились сложность исторической судьбы народа. В настоящее время традиционная музыкальная культура карелов имеет этнолокальный характер. В соответствии с историко-культурными регионами ее принято ее принято подразделять на культуру северных, средних, южных, тверских, а также приграничных карелов. Существует и другое деление: культура беломорских (в том числе кестеньгских), сегозерских, олонецких, прионежских, приладожских, тверских (в последней выделяют традицию тихвинских карелов), а также традиции карелов, проживающих в Финляндии в губерниях Северная Карелия и Саволинна (Саво); в соответствии с диалектом карельского языка возможно подразделение культуры на традиции собственно карел, карел ливвиков, людиков, тверских, - карел, которые сегодня проживают в России. Подобная классификация в отношении карелов Финляндии не принята. 

Музыкальные традиции племени Корела, проживающего в начале второго тысячелетия н.э. на Карельском перешейке, легли в основу традиций племени Ижора. Архаичные пласты культуры карелов, прежде всего руны, принято считать общим явлением культуры карелов и финнов. Карельские музыкальные традиции имеют параллели в традиционной музыке балтийских народов (литовцы, латыши), финно-угорских народов (эстонцы, вожане, ижорцы, вепсы, саамы, финны), культуре различных этнических групп русских (поморы. заонежане, пудожане, кенозеры, псковичи, новгородцы. тверичи). 

Собирание и изучение музыкальной культуры карелов началось в первой половине ХIХ века записями напевов рун, которые интересовали финляндских ученых О.А.Карлениуса. Э.Леннрота, Д.Е.Евпопеуса, а также других многочисленных собирателей. В конце ХIХ века на основе накопленного в Финляндии музыкального материала И.Крон разработал принципы катологизации народных напевов, систему, признанную мировой музыкальной научной практикой. В соответствии с этой ситемой карельские рунические напевы публиковали Я.Сибелиус, А.Лаунис, А.Ляхтенкорва (Борениус), А.О.Вясянен и др. Благодаря финляндским собирателям для науки сохранены многочисленные образцы музыкальной культуры приладожских карелов – этнокультурной группы, в силу исторических причин прекратившей свое существование с середины ХХ века. 

Систематическое собирание и изучение музыкального фольклора карелов России начато в тридцатых годах ХХ века В.Гудковым, Н.Леви, С.Магид, Л.Кершнер, С.Кондратьевой, Т.Коски, Т.Краснопольской и др. Много десятилетий направлял эту работу известный российский фольклорист, доктор искусствоведения, профессор Е.В.Гиппиус. 

В песенной культуре карелов существуют три стилевые пласта: архаический (рунические песни и причитания), поздний, связанный с городской музыкой ХУШ-ХХ веков (пиирилейки, лирические песни) и пласт современного музыкального творчества. 

Для рунических песен, среди которых ведущее место занимают эпические песни, характерен типовой напев с групповым прикреплением поэтических текстов разных жанров (с руническим напевом могут исполняться заговоры, колыбельные, свадебные, игровые песни, баллады, причитания). Финляндский исследователь А.Лаунис выделил 59 типов рунических напевов – четырнадцати ритмических групп; 7 типов напевов двух ритмических групп, характерных для детского фольклора; а также 4 типа причетных ритмических напевов одной ритмической группы, характерных для приладожских карелов. Руническим напевам свойственна мелодика терцового, квартового, квинтового диапазона с опорным основным тоном на 1 ои 2 ступени лада. Структура напева соответствует стиху (А) или – вопросо-ответная – двустиховой строфе (АВ). Внутрислоговые распевы минимальны, слог соответствует звуку. В ритмике рунических песен действует «закон отяжеления» заключительных участков напева – черта. свойственная, по мнению эстонской исследовательницы И.Рюйтел, и языкам и музыкально-поэтическим культурам прибалтийско-финских народов. На организацию ладовой, ритмической структур напева, его композиции оказывает влияние структура поэтического текста: система аллирераций, ассонансов, диалогическая форма композиции (второй стих строфы как бы «уточняет», «расширяет» образ-импульс, изложенный в первом стихе), упорядоченная «калевальская» ритмика стиха, напоминающая рисунок четырехстопного хорея. 

Наибольшее распространение рунические напевы получили в традициях беломорских, сегозерских и приладожских карел. 

В карельской причетной культуре принято выделять региональные (по диалектам языка), локальные (по этнокультурным группам), местные – общинные и индивидуальные, уровни традиции. Причетная традиция карелов тесно связана с традицией рунических напевов. По приуроченности существует пограбальная, поминальная, свадебная причеть, причеть-благодарность, причесть-прощение, на случай. Характеру исполнения напева причитаний свойственна песенно-плачевая природа. АВ карельских причитаниях этому способствуют внутрислоговые распевы, сложная как бы импровизационная ритмическая организация напевов. Напев складывается из ряда узкообъемных нисходящих ячеек, каждая из которых соответствует слоговой нруппе текста. Существует мнение исследователей-филологов (А.Степанова, Л.Хонко) о том, что словесный текст причитаний представляет собой особый вид прозаического высказывания, в котором большую роль играют аллитерация, поэтический параллелизм. Исследуя эту особенность поэтики карельских причитаний и их соотношение с музыкальным текстом, музыковед Т.Краснопольская показала, что тексту причитаний присуще как специфическое строфовое (тирадное) строение, так и особые формы упорядоченности временного строения музыкально-поэтического текста. Оказалось, что региональные стили карельской причести отличают именно принципы координации структур поэтического текста и напева. 

Причитания исполняются на карельском языке повсеместно, но карелы-людики (прионежские карелы и карелы с.Михайловского) причитывают и на русском языке. На русском языке. На русскоязычную причетную традицию оказали влияние традиции как русских Карелии, так и вепсов. 

Существует мнение, что причетная традиция карелов распространена только в среде карелов – православных христиан, т.е преимущественно среди российских карелов (А.Хонко, П.Вартаранто). 

В стиле причитаний карелы исполняют колыбельные-импровизации, духовные стихи, баллады, а так же ейки. 

Ейки распространены только в традициях беломорских карелов. По мнению российских исследователей жанра А.Степановой и Т.Коски, ейки были заимствованы карелами из традиционной культуры саамов. Считается, что ейки являются импровизационным жанром, исполняются женщинами при встрече гостей, пожелании им здоровья, а также во время гребли на лодках. Строфа тирадного вида заключается обязательным рефреном вида: «ой, хо, хой саноа йовели». Ейки исполняются радостно, напористо, в манере «выкрика». В рефрене эпизодически встречается фальцетное пение. 

В традиции ейканья принято выделять калевальскую и кестеньгскую ветви, различающиеся по внутренней структуре ейк. В настоящее время по мнению А.Степановой, А.Лавонен, Э.Киуру, К.Раутио традиция почти полностью утрачена. 

Архаические свадебные песни карелов немногочисленны. Они сохранились в беломорской и сегозерской Карелии. Обычно это песни – наставления невесте, молодым, песни встречи двух родов. Свадебные песни могут исполняться с руническими и причетными напевами. Самые известные песни «Летел орел с востока» и «Мир ждал молодого месяца». 

В свадебной традиции карелов-людиков, сегозерских карелов (в меньшей степени) к ХХ веку закрепились русские (пудожские, заонежские, свирские) свадебные песни, которые исполняются на русском, а с 30-х годов переводятся на карельский язык. 

В системе жанров карельской музыкальной традиции своеобразием отличается «huhuhja» – призывы домашних животных. Сбором этого материала занимался в середине ХХ века финляндский исследователь Е.Ала-Кённи, записывая выкрики приладожских карелов и карелов Финляндии. Этот жанр имеет аналоги в эстонской женской пастушеской музыкальной традиции. Призывы исполняются только женщинами или девушками-пастушками. Текст импровизационный, функциональный, ритмика свободная, звукоряд выкриков неустойчивый, тесситура звучания постоянно повышается как в структуре в целом, так и на отдельных ее участках. 

Широкое распространение в ХХ веке получила традиция частушек. Она сформировалась на основе карельских lühütpajot (коротких песенок) с медленным, протяжным напевом; русских частушек, рунических песен и песен городской традиции. 

Второй стилевой пласт карельской песенности связан с традициями европейской (скандинавской) и русской городской музыки. Среди многочисленных лирических песен гомофонно-гармонического склада выделяется слой пиирилейекк – круговых танцевальных песен, распространенных преимущественно в беломорской Карелии. Пиирилейкки являются финскими и ингерманландскими песнями-танцами, которые были занесены в Карелию коробейниками. 

Третий стилевой пласт музыкальной культуры стал складываться в связи с организацией и активной работой в 30-е годы колхозных хоров: Петровского (1963 г., п.Спасская Губа), Сегозерского (1935 г., п.Паданы), Ведлозерского (1938 г., п.Ведлозеро), Олонецкого (1935 г., п.Олонец) и деятельностью их руководителей: И.Левкина, Г.Савицкого, З.Аутио, А.Ефремовой-Колмык, а также хористами-активистами – А.Никифоровой, П.Ивановой, А.Климовой и др. Песни, частушки, сочиненные в этих коллективах и этими людьми, в значительной своей части фольклоризовались. В наши дни этот процесс продолжается. Любимы карелами песни В.Пяллинена, Н.Дубалова, А.Савельева. Создается детский музыкальный репертуар, на основе фольклорной традиции, Л.Никитиной, Э.Елыной, З.Савельевой и др. 

Традиционный музыкальный инструментарий карелов систематически изучается со второго десятилетия ХХ века. Финляндские ученые А.О.Вяйсянен и Т.Лейсио обогатили науку исследованиями о кантеле карелов Приладожья и народных кантелистах, исполнителях на йоухикко (картеле и йоухикко или йоухикантеле являются хордофонами); наш современник профессор университета г.Тампере Т.Лейсио представил многочисленные афрофоны карелов. Среди российских исследователей инструментальная культура хордофонов карелов интересовала В.Гудкова (30-к годы ХХ в.) и А.Черепахину. А.Аблова ввела в научный оботрот сведения и лифтофонах (камнях)карелов как музыкальных инструментах. 

Собирание традиционных танцев карелов начал финляндский ученый-музыкант, доктор Х.А.Рейнхолм во время экспедиций в Приладожскую Карелию и Ингерманландию в 1847-49 годах. В сборник ”Ylokas eli suomen kansan Ajonwettoja” вошло 48 танцев. Планомерную работу в этом направлении с 1901 г. стало вести Общество друзей финского народного танца. Этой организацией систематически проводились курсы по знакомству с традиционными танцами, выделялись стипендии для ученых, издавались научные работы. Большой резонанс в Финляндии получил конкурс 190 года на лучшего собирателя-любителя традиционных танцев. Второе место из 211 участников заняла учительница Сортавальской семинарии И.Куусосто. которая представила жюри около 35 традиционных танцев населения Приладожской Карелии. 

Среди ученых – собирателей танцевального фольклора важное место занимает А.Голлан, открывшая науке танцы населения облатсей Хяме и южного Саво, а также М.Олликайнен, которая в годы второй мировой войны собрала и в 1947 году опубликовала большую коллекцию игр и танцев «Karjalaisia leikkija ja kansantanhuja» («Карельские игры и народные танцы»). 

Самой значительной работой по карельской традиционной хореографии является изданная супругами П.-Л. и Е.Раусмаа книга «Tankuvakka. Suuri suomalainen kansantansskirja» («Мешок танцев. Большая финская книга народных транцев»). 

Сбором и записью карельских народных танцев занимались российские хореографы И.Смирнов, Л.Степанова, В.Мальми. 

Традиционная танцевальная культура карелов имеет этнолокальный характер. Принято выделять танцы северных, средних, южных, приладожских карелов. Сведений о танцевальной традиции тверских карел нет. В финляндской литературе не выделяются специально танцы финляндских карелов, их танцы публикуются как финские. 

Для хореографической культуры карелов характерны шаговые и беговые движения, пляска «прямой ногой»; наиболее распространенная модель движения в танце – круг (для северных карелов – круг и «восьмерка»). 

Традиционная танцевальная культура имеет три стилевых пласта. Первый, архаичный пласт связан с сольной импровизационного характера пляской. Мужская пляска имеет активный, наступательный характер. В лексике много разнообразной по ритмике дроби ногами, характерны пляски «вприсядку» с выбрасыванием поочередно правой и левой ноги, движений «шагом», «бегом» как с прямым, так и с полусогнутым корпусом танцора. Аналогичное положение корпуса наблюдается и при пляске вприсядку. Руки плящущего могут быть полностью опущены вниз. В особо активные моменты пляски исполнители раскрывают руки в стороны и невысоко вверх. Распространены хлопки руками, удары руками по корпусу, иногда бедрам исполнителя. Наиболее популярны пляски «Трепачок», «Чижик» («Получижик»), «Русского», «Цыганочка». 

Женская пляска менее активна в сравнении с мужской. В лексике плясок большое значение имеют разнохарактерные дроби «прямой» ногой, повороты корпуса в стороны. кружение. В редких случаях встречается женская пляска вприсядку (В.Мальми). Руки карельских плясуний, в отличие например от русских, поднимаются невысоко, ладони рук всегда полузакрыты. Специфически женской пляской является пляска девушек среди сложенных крестом лучинок – «Ristipärrä» («Ристипярря»). 

Исполняются пляски в наши дни под пение частушек, игру на баяне или гармонике, балалайке. В первой половине ХХ века в Южной и Приладожской Карелии плясали под игру на кантеле , а в Северной Карелии – под игру на скрипке. Пляска в качестве фигуры или эпизода входит в танцы второго и третьего слоев культуры. 

Второй стилевой хореографический пласт составляют танцы-игры, танцы-шествия, танцы-приглашения, круговые танцы (пиирилейкки), исполняемые на беседах и танцевальных вечерах молодежи. Эти танцы групповыве с возможным включением сольных плясок в танцы-игры, в танцы-приглашения. 
В этом пласте культуры карелов есть соответствия с культурой русских, европейской танцевальной культурой, сложившихся на основе различных форм хороводов, например. англеза. Танцы-игры и приглашения исполнялись карельской молодежью под пение или игру на каком-либо музыкальном инструменте; танцы-приглашения могли вообще исполнятся без какого-либо музыкального сопровождения. 
Среди танцев-шествий этническим своеобразием выделяется круг – наборный девичий танец (форм крууг достаточно много у карелов), направление движения в котором определяла возглавляющая колонну «по одному» девушка. Танец исполнялся под протяжную песню или песню-романс на русском языке. Координация музыкального ритма и ритма хореографии свободная. 

В молодежной традиции северных карел распространение получили финские круговые многофигурные танцы-хороводы «Piiribikki» («пиирилейкки»), исполняемые под пение песен аналогично названия. 

Повсеместно в карельских деревнях получил распространение шведский многофигурный танец «Sotka» («Мы ткем»), где движения танцоров имитируют формы движения утка и основы в ткачестве. Исполняются под пение или инструментальное сопровождение. 

Третий стилевой пласт карельской народной хореографии связан с модификациями проникающих в ХIХ веке в Карелию французской и английской кадрилей. Танцы этого пласта парные, рассчитаны на 2, 4, 6, 8, пар, многофигурные ил многочастные. В южной и средней Карелии получили распространение обе версии северных кадрилей – шести и семифигурная, со сквозным музыкальным сопровождением или с сопровождением каждой фигуры своей или наигрышем. Для карельской традиции характерная тенденция к увеличению количества фигур и частей в танце. 

В карельских танцах этого направления часто встречаются сольные и парные пляски. 
Танцы имели массовый характер; по свидетельству очевидцев, в танце могли приничать участие до 40 пар, каждая из которых должна была исполнить сольную пляску. 

В Приладожской Карелии получили распространение танцы: касарейка, ристикондра, маанитус, мелкутус, нюкютюс, риватту; олонецких и пряжениских карелов: кадриль, лансс, ристикондра, сиипутус, шинка; у северных карелов: кадриль, шестерка, хуматус, суури-шинка, шулилуйкаа. 

В ХХ веку широкое распространение получили парные танцы падеспань, краковяк, тустеп, фокстрот, вальс и т.д., сопровождаемые игрой на баяне. 

Литература: Карельская народная песня. Сост. Кондратьева С., М., 1977; Карельские народные песни. Сост. Кершнер Л., М., 1962; Карельские причитания. Сост. Степанова А., Коски Т., Петрозаводск, 1976; Карельские частушки. Сост. Коски Т., Вст. ст.Краснопольской Т., Петрозаводск, 1985; Краснопольская Т., О некоторых особенностях музыкально-строфовой формы в карельских причитаниях. – Финно-угорский музыкальный фольклор и взаимосвязи с соседними культурами. Таллинн, 1980, с.196-204; Мальми В.,Народные танцы Карелии. Петрозаводск, 19/8 Песни Карельского края. Сост. Краснопольская Т., Петрозаводск, 1977; Песенный фольклор кестеньгских карел. Сост. Лавонен Н., Петрозаводск, 1989; Карельские ейки. Сост. Степанова А., Лавонен Н., Раутио К., Петрозаводск, 1993; Karjalan kansanrunot såvelmä, 11. Launis A., 1930; Tanhuvakka- Suuri suomakainen kansantanssikirja. Toim. P.-L. ja E. Rausmaa, Helsinki – Juva, 1977; Vålsånen A.O., Kantele ja Jouhikko såvelma. Helsinki, 1928. 

Наверх